Главная › Статьи о собаках › Основы собаководства › Кинология - стиль жизни
Кинология - стиль жизни
Человек - царь или убийца?
09-11-2008 1130 0.0 0

Месяца два назад решил я приобрести щенка или котенка: думал, займу им сына – у нас с женой появится больше свободного времени. Приехав на выходные к матери в поселок Мызино, узнал, что неподалеку в деревне Каменка одна хозяйка раздает новорожденных котят бесплатно, не раздумывая сел на свой "Урал" и помчался туда.

– Эх, – покачала головой хозяйка, – приехал бы вчера, я б тебе на выбор пятерых предложила. А теперь только один остался: хотела внучке подарить, да она отказалась...

Мы прошли в маленькую комнату, и в углу, в куче тряпья, я увидел кошачье семейство.

– Ну-ка, отойди, – отшвырнула бабка кошку и, взяв котенка за шкирку, плюхнула его в мой вещмешок. – Только поторопись, сейчас наверняка Сонька взбесится, – добавила она, кивнув на насторожившуюся "мамашу".

– Правда? – улыбнулся я. – Тогда вы ее подержите.

Выйдя во двор, я погрузил поклажу в коляску и покатил восвояси. Но когда въехал на холм и обернулся, чтоб окинуть взглядом красоту полей, увидел, что мотоцикл стремительно догоняет старухина кошка.

"Все-таки вырвалась, – подумал я, и меня охватил азарт. – Ну, держись!"

И я поддал газу, подняв позади себя столб пыли...

Увидев, как мой Пашка взвизгнул от восторга, вытащив из вещмешка живую игрушку, я просиял от радости...Теперь он часами возился с котенком, а мы с Ниной могли спокойно заняться огородом и, искупавшись в озере, полежать под ветвистым дубом, глядя на убегающие вдаль облака.

Выходные кончились, мы поехали домой, в город. Дорога щда через Каменку. Но километров за шесть до нее мы заметили впереди небольшой бугорок. Приблизившись, я заглушил мотор. На краю дороги уткнувшись мордой в пыль лежала бабкина Сонька. По ее шерсти ползали муравьи и мухи.

Я все рассказал жене, и мы решили закопать бедное животное. Взяв лопату, я отошел от дороги к оврагу, и вскоре яма была готова. Бросив туда труп, я засыпал его землей, и мы поехали дальше. Проезжая мимо Каменки, решили на минуту заскочить к хозяйке, чтобы сообщить ей о кошке.

– Да пес с ней, – махнула рукой бабка, – чумных держать – спасу нет. Я, когда четверых ее пострелят стала в корзину класть, она, паразитка, меня так за палец тяпнула, что до сих пор болит.

– Почуяла, что другим отдаете?

– Что топить несу. Да кому они нужны? И ведь дверь снаружи заперла, так она мне, гадина, всю обшивку изодрала... Потом целую ночь где-то шлялась, а наутро явилась вся в грязи, в тине и шасть по половикам! Стирки после нее было – чуть Богу душу не отдала.

Мы вернулись домой, жизнь пошла своим чередом – работа, друзья-приятели, по вечерам уроки с сыном. Только было как-то не по себе. Такая тоска нахлынула – хоть волком вой! Однажды после получки зашел в "Рюмочную", хотя до этого почти не пил.

"С ума спятил? – уговаривал я сам себя. – Из-за облезлой твари?"

Как-то, возвращаясь с работы, специально завернул в книжный магазин – полистать учебник зоологии и вычитал: поступками животных руководят инстинкты. "Значит, она мчалась за котенком неосознанно, – заключил я. – Мы ведь тоже испытываем, чувство голода или жажды совершенно непроизвольно". Это меня немного успокоило. Но однажды увидел, как жена ласкает только что вымытого Павлика, целует его, расчесывая мокрые волосы, как глаза ее сияют бесконечным счастьем, – и у меня снова защемило в груди.

Бедная Соня тоже носила под сердцем своих малышей... Они родились беспомощные, голодные, неумело тыкались мордочками в ее соски. И она по очереди заботливо их облизывала, согревала своим теплом, оберегала их сон... Она не понимала и не хотела понимать, почему ее котята не имели права жить. Даже чувствуя, что ничего не в силах изменить, она отчаянно вцепилась в руку своей хозяйки, взявшей на себя роль судьи... 

Она грызла запертую дверь, слыша удаляющийся жалобный писк своих детенышей. Ночью звала их, бегая взад-вперед по берегу; и, даже несмотря на природное отвращение к воде, кинулась в нее – спасать. А вернувшись домой изнемогшая и опустошенная, бросилась в угол к своему последнему детенышу. Когда же и его отняли, она бежала за ним до тех пор, пока не отказало сердце...

Все это так ясно предстало перед моими глазами, что я до сих пор не пойму, как я мог такое сотворить. Но одно могу сказать совершенно точно: вернуть душевное спокойствие мне поможет только забота о нашей двухмесячной кошечке, которая сладко посапывает сейчас, свернувшись клубочком, и надежда на то, что Господь со временем подарит ей малюток, и я смогу сделать все, чтобы она ощутила то, что не успела почувствовать ее несчастная мать. А иначе что толку, что однажды, остановившись в поле по пути в Мызино, я просил у загубленной мною души прощения? Ведь в ответ я услышал только завывание ветра...



Комментарии (0)
avatar